Процессы языковой категоризации, связанные с обозначением концептов зависть и ревность в славянских и романо-германских языках, коррелируют друг с другом по целому ряду позиций: эмотивная семантика, являясь производной, формируется на основе лексики со значением интенсивных физических действий или лексики зрительного восприятия; логика развития семантики слова – от физической сферы к эмоциональной – оказывается универсальной для индоевропейских языков. Однако интерпретация таких эмоций, как зависть, ревность и ненависть, разными языками отражает собой различные смысловые конфигурации, демонстрирующие представления говорящих о каузальных связях между разными эмоциональными состояниями: для каждого чувства – специализированная эмотивная лексема в русском и английском языках, призванная дифференцировать смежные эмоции; напротив, в польском и французском языках эмоции ревности и зависти отражены одним словом (jealousie, zazdrość). В настоящей статье представлено исследование языковой презентации художественных концептов зависть и ревность в текстах оригинала и перевода повести Ю. Олеши «Зависть». Сложности переводческой деятельности заключаются в отсутствии в русском и польском языках полного лексического соответствия и полного параллелизма синтаксических конструкций для интерпретации эмоциональных состояний. Задачей переводчика было передать эмоциональные состояния в высокой степени их проявления и качественную характеристику персонажей-завистников. Отказ автора от наречно-предикативных конструкций с семантикой ‘невольность охватившего чувства’ и предпочтение глагольных конструкций свидетельствуют, как нам кажется, о его намерениях исследовать эмоциональный мир завистника, несущего ответственность за чувства-отношения к окружающим. Эта авторская интенция находит адекватное воплощение в тексте перевода. Переводчик, следуя замыслу Ю. Олеши показать чувство в высокой степени проявления, предпочитает метафорические конструкции, актуализирующие компоненты ‘интенсивность’, ‘опасность’, ‘всеохватность’.