Предметом исследования в настоящей статье выступают теоретические и практические аспекты правовой квалификации виртуальной собственности - цифровых онлайн объектов (криптовалют, игрового имущества, аккаунтов и др.) в России и за рубежом. Виртуальная собственность рассматривается сквозь призму понятия «актив» / «экономический актив», зафиксированных в отечественном и зарубежном законодательстве и доктрине. Вещные права на игровые объекты в онлайн-играх рассматриваются сквозь призму трудовой теории собственности (присвоения) Дж.Локка, теории личности М.Радин и теорий утилитаризма (сдерживания негативного поведения и экономической эффективности), правоприменительной практики и законодательства (Южной Кореи, Китая и др.). Вещные права на онлайн-аккаунты (Google, Yahoo и др.) исследуются в контексте допустимости передачи личных и бизнес-аккаунтов с позиции вещного и договорного права. Актуальность, теоретическая и практическая значимость исследования обусловлены дополнением круга материальных объектов права собственности цифровыми, создаваемыми в современной реальности с применением цифровых технологий (криптовалюты, токены и др.), в отношении которых возникает вопрос необходимости уточнения их правового режима в контексте действующего в России и за рубежом законодательства, идей его изменения и правоприменительной практики. Выводы исследования, в числе прочего, состоят в том, что правовая доктрина ряда стран, разграничивая материальные и нематериальные, виртуальные объекты (игровые объекты, аккаунты) признала факт наличия и правовой статус виртуальной собственности (Гонконг, ЕС, РК, РФ, Тайвань), квалифицируя ее - аналогом цифровых информации и контента; юридически - движимым (Тайвань) или иным (РФ) имуществом либо имущественными (ЕСПЧ) или утилитарными (обязательственными) цифровыми (РФ) правами; экономически - виртуальными (финансовыми, в виде будущих доходов) и материальными (в виде коммерческих связей, доменных имен и проч.) активами (ЕСПЧ, РФ).